предыдущая версия сайта

История Т-34

Танк Т-34: история модели и экспоната музея
История Т-34
Т-34 – первый массовый советский средний танк. В 30-е годы в отечественном танкостроении было две крайности. С одной стороны – легкие танки. Они обладали скоростью, мобильностью и маневренностью, но с другой стороны имели слабую защиту от снарядов и невысокую огневую мощь установленного вооружения. Противоположную крайность представляли тяжелые танки с крепкой броней и мощным вооружением, но при этом неповоротливые и малоскоростные. Т-34 сочетал маневренность легкого танка с высоким уровнем бронезащиты и мощным вооружением на уровне тяжелого танка. Также Т-34 считается самым массовым танком Второй мировой войны – с 1940 по 1947 годы семью заводами в СССР, а после войны также в Польше и Чехословакии выпущено более 60 тысяч танков Т-34 различных модификаций.

Танк Т-34 сконструирован в КБ №183 при Харьковском паровозостроительном заводе имени Коминтерна под руководством главного конструктора Михаила Ильича Кошкина. В производственной программе этого завода и на вооружении Рабоче-крестьянской Красной армии Т-34 пришел на смену популярным легким танкам 30-х годов БТ. Их родословная восходит к американскому танку «Кристи», образец которого в 1931 году был ввезен в СССР без башни, оформленный по документам, как «сельскохозяйственный трактор». На основе этой импортной машины в Советском Союзе было освоено целое семейство быстроходных танков. В 30-е годы машины данной серии модернизировали и совершенствовали, серийные модели носили индексы БТ-2, БТ-5 и БТ-7. Безусловно, БТ-7 и Т-34 – танки различного класса. Разница в боевой массе у них очень большая – 13,8 тонн у БТ против 30 тонн «тридцатьчетверки». Тем не менее, во-первых, для первого производителя Т-34 Харьковского паровозостроительного завода имени Коминтерна БТ-7 был предыдущей «старой», а Т-34 последующей «новой» базовой моделью – «тридцатьчетверка» пришла на смену БТ на тех же производственных мощностях. Во-вторых, и серия БТ до войны и Т-34 во время войны, являлись самыми массовыми танками Вооруженных сил СССР. В-третьих, Т-34 унаследовал от БТ общую компоновку. Наконец, в-четвертых, именно на поздних выпусках БТ-7  впервые пеоявился дизельный двигатель В-2, который будут устанавливать на всех Т-34.
  Танк БТ.
К 1937 году накопился большой опыт эксплуатации танков БТ, а участие советских танкистов в Гражданской войне в Испании позволило опробовать эти танки в условиях реальных боевых действий. В результате, выяснилось три кардинальных недостатка. Во-первых, легкий БТ оказался слишком уязвимым для артиллерии противника, ведь его броня была рассчитана, прежде всего, на противопульную защиту. Во-вторых, из-за колесно-гусеничного движителя проходимость танка оставляла желать лучшего. В-третьих, бензиновый двигатель в бою опаснее, чем дизель – при попадании снаряда бак бензина загорается несравненно легче и сильнее, чем бак дизтоплива.

Автобронетанковое управление (АБТУ) РККА выдало Харьковскому заводу техническое задание на проектирование среднего танка, изначально носившего обозначение А-20 или БТ-20 13 октября 1937 года. Изначально планировалось, что новый танк с увеличенной с 13 до 19 тонн боевой массой и новым дизелем В-2 сохранит колесно-гусеничный тип ходовой части, как у прежних моделей БТ. Работая над А-20, М.И. Кошкин пришел к выводу, что для увеличения толщины брони, мощности вооружения, повышения проходимости по бездорожью необходимо отказаться от колесно-гусеничной схемы ходовой части в пользу гусеничной. У Кошкина было много влиятельных противников, выступавших за сохранение колесно-гусеничного движителя. Нескольких коллег Кошкина, танковых конструкторов органы НКВД арестовали, как врагов народа. Тем не менее, несмотря на риск, в случае неудачи, стать жертвой обвинения во вредительстве, Михаил Ильич смело, решительно и бескомпромиссно выступил за новый гусеничный движитель.

Чтобы оценить преимущества той или иной схемы на практике, пришлось спроектировать два прототипа танков –  колесно-гусеничный А-20 и гусеничный А-32 с боевой массой 19 тонн и толщиной брони 20-25 мм. Эти два проекта обсуждались на заседании Комитета Обороны 4 мая 1938 года, в котором участвовали И.В. Сталин, члены Политбюро, военные и конструкторы. Участник боев в Испании инженер-танкист А.А. Ветров в своем докладе, основанном на личном боевом опыте, высказался за гусеничный танк – колесный движитель показал себя ненадежным и сложным в ремонте. Ветрова активно поддержал Кошкин – он сделал упор  на то, что гусеничная конструкция менее металлоемкая, более простая и дешевая в производстве, а, значит, масштабы серийного выпуска гусеничных танков при равных затратах будут намного больше, чем объемы производства колесно-гусеничных. В то же время нашлись сторонники колесного варианта – начальник АБТУ комкор Д.Г. Павлов и другие выступавшие активно агитировали за привычный колесно-гусеничный танк. Итог подвел Сталин, предложивший построить и испытать танки обоих типов.

                    

Итак, в 1938 году вышли на испытания опытные образцы двух танков, отличавшихся типом движителя – колесно-гусеничный А-20 и гусеничный А-32. Размеры корпуса, силовой агрегат и башни этих танков были одинаковые. Зато ходовая часть А-32 уже получила пять опорных катков, как у будущего серийного Т-34. Поначалу сравнительные испытания А-20 и А-32 не выявили явных преимуществ какой-либо схемы.

                   

Кошкин все равно искал возможность доказать преимущество гусеничной ходовой части. Он указывал, что даже при постройке двух единичных прототипов на изготовление и сборку колесно-гусеничной ходовой части ушло гораздо больше времени и сил, чем на изготовление гусеничной. Кроме того, во время ходовых испытаний Михаил Ильич доказывал, что, исключив тяжелые колесные редукторы, можно увеличить толщину и массу брони танка, мощность установленного вооружения. Гусеничный движитель позволяет сделать танк лучше защищенным и вооруженным. В то же время, на колесном ходу танк катастрофически теряет проходимость в условиях бездорожья.

В сентябре 1939 года на показе новых образцов танковой техники членам правительства – К.Е. Ворошилову, А.А. Жданову, А.И.Микояну, Н.А. Вознесенскому КБ, возглавляемое Кошкиным, представило второй доработанный образец гусеничного А-32. Легкий изящный танк без труда преодолевал все препятствия, вброд форсировал реку, поднялся по крутому обрывистому берегу, легко сбил толстую сосну. Восхищению зрителей не было предела, а  директор ленинградского Кировского завода Н.В Барыков сказал: «Запомните этот день – день рождения уникального танка».



Осенью 1939-го в Харькове начали строить два прототипа усовершенствованного гусеничного танка А-34, который отличался от А-32 толщиной брони 40-45 мм. Это был максимум возможного для существовавших мотора и ходовой части. Такая броня увеличила массу до 26-30 тонн и уверенно защищала машину от противотанковых орудий калибром 37 и 45 мм. Существенное улучшение защищенности новинки стало возможным только благодаря гусеничному движителю.

Важную роль в рождении Т-34 сыграло создание двигателя нового поколения. Харьковские конструкторы К.Ф. Челпан, И.Я. Трашутин, Я.Е. Викман, И.С. Бер и их товарищи спроектировали новый 12-цилиндровый V-образный дизельный двигатель В-2 мощностью 400-500 л.с. Мотор отличался прогрессивной для своего времени схемой газораспределения. В каждой головке цилиндров находилось по два распределительных вала (как у современных автомобилей). Привод осуществлялся не цепью или ремнем, а валами – по одному на каждую головку. Вал ГРМ передавал крутящий момент на один из распредвалов, а тот, в свою очередь, вращал второй распредвал своей головки при помощи пары шестерен. Интересной особенностью В-2 стала система смазки с «сухим» картером, требовавшая дополнительного резервуара для масла. Следует добавить, что В-2 являлся оригинальной разработкой, а не копией какой-либо иностранной модели. Разве что набор технических решений конструкторы могли позаимствовать у тогдашних поршневых авиационных моторов.



Компоновка Т-34 получилась следующая. Впереди – боевое отделение для экипажа. Механик-водитель сидел слева, как шофер в отечественном автомобиле. Рядом с ним находилось место стрелка-радиста, перед которым в наклонном лобовом листе башни стоял курсовый пулемет. Сзади в башне находились места командира экипажа и заряжающего орудие главного калибра. Так как связь работала не всегда хорошо, командир часто отдавал распоряжения механику-водителю своеобразным способом. Он просто толкал его сапогами в левое или правое плечо, в спину. Все прекрасно понимали, что это означает, что надо сворачивать вправо или влево, ускоряться, тормозить, разворачиваться.



Моторно-трансмиссионное отделение располагалось позади боевого отсека. Двигатель был установлен продольно, за ним – главный фрикцион, играющий в гусеничной машине ту же роль, что сцепление в автомобиле. Далее находилась четырехступенчатая механическая коробка передач. От нее через редукторы бортовых передач крутящий момент подавался к бортовым фрикционам и ведущим задним звездочкам гусениц. Уже во время войны к 1943 году в производство начали постепенно внедрять 5-ступенчатую коробку передач вместо 4-ступенчатой.



Ходовую часть составляли по пять больших сдвоенных опорных катков с каждой стороны, ведущие колеса сзади и направляющие колеса (ленивцы) спереди. Четыре катка с каждого борта оснащались индивидуальной пружинной подвеской. Пружины устанавливали наклонно в шахтах по бортам бронекорпуса. Подвески первых катков в носовой части защищались стальными кожухами. В разные годы и на разных заводах выпускалось не менее 7 типов опорных катков. Сначала у них были резиновые бандажи, потом из-за военного дефицита резины пришлось выпускать катки без бандажей с внутренней амортизацией. Оснащенный ими танк сильнее грохотал. Когда резина начала поступать по Ленд-Лизу, бандажи появились снова. Гусеница состояла из 37 плоских и 37 гребневых траков. В комплектацию машины входили по два запасных трака и два домкрата.



На 17 марта 1940 года был назначен показ в Кремле высшим руководителям страны новых образцов танковой техники. Изготовление двух прототипов Т-34 только-только завершилось, танки уже ездили своим ходом, у них работали все механизмы. Но спидометры машин только-только отсчитывали первые сотни километров пробега. По действовавшим тогда нормативам пробег допущенных к показу и испытаниям танков должен был составлять более двух тысяч километров. Чтобы успеть произвести обкатку и намотать необходимый пробег, Михаил Ильич Кошкин принял решение перегнать опытные машины из Харькова в Москву своим ходом. Это было рискованное решение: сами танки являлись секретным изделием, которое никак нельзя было показывать населению. Один факт выезда на дороги общего пользования, органы НКВД могли расценить, как разглашение государственной тайны. На тысячекилометровом пути не обкатанная, толком незнакомая механикам-водителям и ремонтникам техника могла встать из-за любых поломок, попасть в аварию. К тому же начало марта – это еще зима. Но в то же время пробег предоставлял уникальный шанс опробовать новые машины в экстремальных условиях, проверить правильность выбранных технических решений, выявить достоинства и недостатки узлов и агрегатов танка.  

Кошкин лично взял на себя огромную ответственность за этот пробег. В ночь с 5 на 6 марта 1940 года из Харькова вышла колонна – два закамуфлированных танка в сопровождении тягачей «Ворошиловец», один из которых был загружен горючим, инструментами и запчастями, а на втором стоял пассажирский кузов наподобие «кунга» для отдыха участников. Часть пути Кошкин сам вел новые танки, садясь за их рычаги попеременно с заводскими механиками-водителями. Маршрут для секретности пролегал вне дорог по заснеженным лесам, полям и пересеченной местности Харьковской, Белгородской, Тульской и Московской областей. На бездорожье, зимой агрегаты работали на пределе, пришлось устранять немало мелких поломок, производить необходимые регулировки. Но до Москвы будущие Т-34 все же дошли 12 марта, У одной машины вышел из строя главный фрикцион. Его замену осуществляли на танкоремонтном заводе в Черкизове.

В назначенный день 17 числа обе машины перегнали с танкоремонтного завода в Кремль. За время пробега М.И. Кошкин простудился. На показе он сильно кашлял, на что обратили внимание даже члены правительства. Однако сам показ стал триумфом новинки. Два танка, ведомые испытателями Н.Носиком и В.Дюкановым, разъехались по Ивановской площади Кремля – один к Троицким, другой к Боровицким воротам. Не доезжая ворот, они эффектно развернулись и понеслись навстречу друг другу, высекая искры из брусчатки, остановились, развернулись, сделали несколько кругов на высокой скорости, затормозили на прежнем месте. И.В. Сталину понравилась изящная быстрая машина. Его слова разные источники передают по-разному. Одни очевидцы утверждают, что Иосиф Виссарионович сказал: «Это будет ласточка в танковых войсках», по словам других, фраза звучала иначе: «Это первая ласточка танковых войск».

После показа оба танка подвергли испытаниям на полигоне в Кубинке, контрольному обстрелу из орудий разного калибра, который показал высокий уровень защищенности новинки. В апреле предстоял обратный путь в Харьков. М.И. Кошкин предложил снова ехать не на железнодорожных платформах, а своим ходом по весенней распутице. По пути один танк провалился в болото. Едва оправившийся от первой простуды конструктор сильно промок и замерз. На этот раз болезнь обернулась осложнениями. В Харькове Михаил Ильич надолго попал в больницу, его состояние ухудшалось, вскоре он стал инвалидом – врачи удалили ему одно легкое. 26 сентября 1940 года Михаил Ильич Кошкин умер. Осваивать Т-34 пришлось при новом главном конструкторе А.А. Морозове.

Внедрение нового танка шло с многочисленными трудностями, ГАБТУ и Наркомат среднего машиностроения два раза пытались свернуть освоение выпуска. Только с началом Великой Отечественной войны было принято окончательное решение поставить Т-34 на массовый поток. 

У Т-34 первых выпусков отличалось вооружение. Орудием главного калибра, которое установлено на башне и является важной видовой деталью любого танка, сначала служила 76,2 мм-пушка Л-11 со стволом, имевшим длину калибра 30,5. Вскоре ее сменило более совершенное орудие Ф-32 длиной 31,5. Позднее, в 1941 году, специально для Т-34 конструкторское бюро В.Н. Грабина спроектировало пушку Ф-34 того же калибра 76,2 мм, со стволом длиной 41 калибр, значительно превосходившую предшественников. Штатным пулеметом служил ДТ калибром 7,62. Телескопический прицел для стрельбы прямой наводкой назывался ТОД-6. Именно за калибр основного орудия танки, выпущенные до декабря 1943 года, зовутся Т-34-76.



Помимо Харьковского паровозостроительного, выпуск Т-34 еще до войны запланировали наладить на Сталинградском тракторном заводе. Всего до 22 июня 1941 года  на вооружение Красной армии поступило 1225 Т-34, из них 967 оказалось в западных округах. С началом войны, согласно постановлению от 1 июля 1941 года, производство развернули также на судостроительном заводе №112 «Красное Сормово» в Горьком. Выбор пал на это предприятие, так как оно располагало подходящими для производства Т-34 базами обработки, крановым хозяйством и пролетами цехов. Именно в Сормове выпуск танков продолжался непрерывно всю войну. Т-34 различных заводов заметно отличались друг от друга – сказывалось, что в Харькове, Сталинграде и Горьком был различный станочный парк.



Выпуск Т-34 в Харькове продолжался до 19 октября 1941-го. С приближением фронта под непрерывными бомбежками оборудование завода пришлось грузить на железнодорожные платформы и эвакуировать в Нижний Тагил на Уральский вагоностроительный завод, при этом завод сохранил харьковский номер183. На новом месте поначалу не хватало даже площадей цехов. Порой случалось так, что кран сгружал станок с платформы на стальной лист, трактор оттаскивал лист со станком от железнодорожного полотна под ближайшие сосны, от стоящего рядом энергопоезда подавалось питание, и рабочие прямо под открытым небом в мороз и снегопад начинали изготавливать детали танка. Правда, большой запас комплектующих удалось привезти из Харькова.

Но когда производство на «Уралвагонзаводе» удалось привести в порядок, именно там, в Нижнем Тагиле в 1942 году был проведен громадный объем работ по оптимизации технологии производства танка, позволивший сделать его выпуск по-настоящему массовым. Прежде всего, речь идет о принципиально новой технологии сварки бронекорпусов – автоматической, под слоем флюса. Ее проектировал эвакуированный в Нижний Тагил Институт электросварки. Работы возглавлял академик Е.О. Патон.

 Академик Е.О.Патон.

С внедрением автоматической сварки резко возросла производительность – корпуса Т-34 пошли с конвейера непрерывным потоком. Оказалось, что защита танка тоже радикально улучшилась. Для испытаний сварили корпус из двух половин. Одну боковину сварили по-старинке вручную. Вторую и нос – под слоем флюса. Корпус повергли жесткому обстрелу фугасными и бронебойными снарядами. Первые же попадания – и сваренный вручную борт дал трещину по шву. Корпус развернули, и шов под флюсом выдержал семь прямых попаданий подряд – он оказался крепче брони. 

В 1942 году за создание танка Т-34 три его ведущих конструктора - Михаил Кошкин (посмертно), Александр Морозов и Николай Кучеренко были удостоены Сталинской премии.

                                        
              М.И. Кошкин                                                  А.А. Морозов                                               Н.А. Кучеренко

На Т-34 применяли как минимум, семь типов башен – литых, сварных, штампованных. Самый ранний вариант – маленькая башня, в обиходе называемая «пирожком». В 1942 году под руководством М.А. Набутовского разработана новая башня шестигранной формы, так называемая «гайка». Она была технологичнее в производстве. Обе башни считались тесными для двоих сидевших в них членов экипажа.



В 1942 году, опять же из-за наступления войск противника, вышел из строя Сталинградский тракторный завод. В то же время, выпуск Т-34 освоили также на Челябинском тракторном заводе и в Омске на заводе №174. Выпуск танков на нескольких заводах еще более разнообразил количество вариантов. В боевых условиях это создавало дополнительные трудности. Подбитые танки по возможности эвакуировали с поля боя, иногда разбирали на запчасти прямо на месте. Из уцелевших деталей, узлов, агрегатов нескольких машин пытались собрать одну. Но порой к ужасу танкистов и ремонтников одинаковые запчасти разных машин не подходили друг к другу! Все закончилось тем, что Сталин вызвал Главного конструктора завода №183 А.А. Морозова, и категорически потребовал привести части разных заводов к единому стандарту. Поэтому в 1943 году была выпущена единая для всех заводов техническая документация.



В 1941 году разработана, а в 1942-м освоена специальная модификация – огнеметный танк ОТ-34. В декабре 1943 года Т-34 был модернизирован, получил новую башню, новое орудие главного калибра и, соответственно, был переименован в Т-34-85. Эта модификация стала основной в конце войны и в первые послевоенные годы. Большинство сохранившихся сегодня танков этого семейства – это либо Т-34-85, либо бывшие Т-34-76 с установленными при ремонте подбашенным листом, башней и орудием от «восемьдесят пятого».

После войны дизель В-2 не только стал основой двигателей послевоенных танков. Он нашел применение и в автомобилестроении. На восстановлении народного хозяйства и великих стройках пятилетки трудились 25-тонные самосвалы МАЗ-525. Для перевозки новых видов вооружения, прежде всего ракетного, а также самых тяжелых народнохозяйственных грузов, были разработаны тягачи МАЗ-535/537, затем МАЗ-543. Всех их оснащали модернизированными дизелями танка Т-34. 

Танк Т-34 считается самым известным советским танком и одним из самых узнаваемых символов Великой Отечественной войны. Благодаря своим боевым качествам Т-34 был признан лучшим средним танком Второй мировой войны и оказал громадное влияние на дальнейшее развитие мирового танкостроения. При его создании советским конструкторам удалось найти оптимальное соотношение между основными боевыми, эксплуатационными и технологическими характеристиками.


 



Поделитесь с друзьями: